«Что мне дождик проливной, когда я еду в тур с женой…»

Редакция информационного портала «Мойка78»:

Петербург.
Английская набережная. Дворец
бракосочетаний. Ветер с залива. В воздухе
колышется водяная взвесь. Кружевные
невесты украдкой шмыгают покрасневшими
носиками. Мелкий дождь перерастает в
проливной.

Это Питер,
детка. Это Питер… 200 дней в году — дождь,
дождичек или мокрый снег. Вроде бы,
немного. На первый взгляд. Остается же
еще 165. Или 166.

Да. Из
оставшихся — 30 безоблачных. Причем не
всегда летом.

И вот в таких
погодных условиях нам предлагают
развивать свадебный туризм.

Расписываться
в тумане. Прогуливаться под дождичком.
Осматривать достопримечательности под
дождем. Целоваться на камеру под ливнем.

Губернатор,
между прочим, предлагает. Понятно, что
на небесную канцелярию власти земные
особого влияния не имеют, но конъюнктуру-то
сколько-нисколько учитывать надо!

На кого
рассчитан свадебный туризм в мокром
насквозь городе недалеко от полярного
круга?

Туристов
откуда-нибудь из тропических муссонных
климатов нашими дождями не удивить,
конечно. Так им же здесь еще и холодно!
Янки из Вашингтона и Нью-Йорка, флегматичные
скандинавы, гордые бритты и кельты
привычны и к дождям, и к холоду, но их
еще сперва попробуй убеди, что свадьбе
не помешает какой-нибудь навязчивый
медведь с «калашниковым» и с балалайкой.

Остаются
только наши упрямые и хладоустойчивые
соотечественники — единственные,
пожалуй, кто в таких условиях может не
подцепить простуду, создать семью и
радоваться жизни.

Стоп! А может
быть, это такой «План П»? План Полтавченко
Георгия Сергеевича, разумеется, а вы
что подумали? Навеянный обаятельно-нетрезвыми
клипами Шнурова Сергея Владимировича,
иконы гаражного и панк-рока, прозорливого
бизнесмена и талантливого брендмейкера.

Согласно
этому хитрому плану, промокшие, продрогшие
в первый же день свадебного путешествия
новобрачные возвращаются в отель со
словами «В Питере — пить!», вешают
табличку «Do not disturb!», закрывают
дверь в номер на ключ и…
Начинают работать над
улучшением
демографической ситуации
в стране.

А
через положенное время по всей России
(и даже в
Москве)
появляются новые люди — много
новых людей — которые,
запнувшись о бордюр, называют его
поребриком. Сами не понимая
— почему.

Ну что ж, тоже
неплохой результат.