Первое заседание клуба «Свое дело» подняло пласт проблем, связанных с вступившим в силу Законом Хованской. Стало понятно, какое законодательное продолжение он будет иметь. Выяснилось также, что бывшие мини-отели теперь востребованы борделями, а жители Центрального района с 1 октября успели написать 3,5 тысячи жалоб на незакрытые хостелы.

Алексей Дементьев, главный редактор «АБН»:

«С 1 октября должны были закрыться все мини-отели в жилом фонде. Но я прошелся по Невскому и изумился – все вывески на месте!».

Тамара Буйлова, вице-президент Ассоциации малых гостиниц Петербурга:

«Хостелы и гостиницы в жилом фонде уже не должны работать. Их вывески на жилых домах могли остаться по трем причинам: либо их готовятся демонтировать и будут менять, либо сами объекты переведены в нежилой фонд, либо они нарушают закон. В нашей Ассоциации большинство работали и работают по договору найма, а не договору предоставления гостиничных услуг, и не использовали название «гостиница» для своих объектов в жилом фонде и ранее. Тем не менее, с уходом мини-отелей, встал вопрос об уходе с улиц барах, ресторанов, Петербург должен будет потихоньку превращаться в пустыню. Я живу в самом центре города и не хочу, чтобы город лишился всей инфраструктуры. К нам ежегодно приезжает 8 млн туристов, количество жителей таким образом удваивается. Предложение властям: убирая объекты инфраструктуры из жилого фонда, вы должны предложить какую-то альтернативу предпринимателям. Средний хостел или мини-отель имеет площадь 500 м2, платит налогов на 500 тысяч рублей в год. В городе классифицировано более 1600 малых средств размещения. Но на месте закрытых с 1 октября уже появляются вывески «круглосуточный массаж для мужчин»».

Александр Пономарев, совладелец сети мини-отелей «ПитерПэлэс»:

«У нас в сети ничего не изменилось, как работали, таки работаем по договору найма. Сейчас движение хостелов можно сравнить с дорожным движением: если по какой-то причине нельзя ехать фуре, надо понять почему. Здесь нет причины. У нас ничего не изменилось. Когда мы заходили в разрушенные коммунальные квартиры и начинали приводить их в порядок, сталкивались с тем, что там, в одной комнате, например, могло быть прописано 10 человек. Перевести бывшие коммуналки в нежилое помещение – невозможно. Не платится туристический налог, на который можно было бы реставрировать центр. Все ветшает на глазах, и Петербург теряет статус культурной столицы. При этом 10 человек проверяющих приходятся на одного предпринимателя. Моя рентабельность и чистая прибыль при этом падают. Таким образом, мы кормим чиновничьи головы и не развиваем город».

Александр Пономарев. Фото: Baltphoto/Михаил Киреев

Алексей Дементьев:

«Насколько часто обращаются граждане в администрацию после 1 октября по поводу хостелов?»

Алексей Дементьев. Фото: Baltphoto/Михаил Киреев

Максим Мейксин, глава Центрального района Петербурга:

«Я вам сейчас скажу страшную цифру. Не ожидал я такого хищнического отношения к зданиям в городе, которое процветает. У нас есть 3, 5 тысячи жалоб ежемесячно, связанных с работой хостелов. Главная причина жалоб, это перепланировки и установка дополнительного оборудования, которое мешает жильцам, шумит и вибрирует. Процветает также установка оборудования на домах – памятниках, а у нас в Центральном районе половина домов-памятники. Это порождает конфликты с соседями, в том числе из-за огромного потока постояльцев по лестницам. И все ждали 1 октября, когда будет пауза, но сейчас мы видим вал обращений на тему «почему они продолжают работать».

К сожалению, я так считаю, что нет такого преступления, на который не пойдет капиталист ради 300% прибыли. И здесь налицо реальное хищничество, когда на 300 м2 организуется 9 туалетов, 9 ванн и так далее, без согласования «мокрыми мест» с властями, с жителями. Этому нужно было положить конец. Я понимаю, что нужно привлекать туристов и предоставлять им цивилизованное размещение, но не любой же ценой. До некоторых собственников, сносящих перегородки на этаже, степень их вины доходит только тогда, когда дом начинает рушиться. Например, на ул. Восстания мы разбирались с комиссией и МЧС, дом начал разрушаться после таких перепланировок.

Глава Центрального района Максим Мейксин. Фото: Baltphoto/Михаил Киреев

У нас, выкупив квартиру, человек начинает, невзирая ни на какие обстоятельства и состояние дома, максимально ее приспосабливать под свои нужды. Эти нарушения носят массовый характер.

Я стараюсь принять во внимание потребности жителей и потребности предпринимателей, вижу, что нужен баланс и уважение друг к другу, понимание, что люди здесь живут, есть определенные нормативы по уборке, по эксплуатации лифтового оборудования. Коммунальные услуги потребляются по количеству прописанных, а реально проживает там в 10 раз больше. Фактическое потребление услуг ложится на жителей дома.

Есть пример, когда одно лицо, выкупив 7 квартир, пытается перепланировать помещения и сделать гостиницу, не думая о соседях. Или, например, в историческом доме внизу выкупили большую квартиру для проживания, сверху тоже, а в серединке организовали хостел из 25 комнат и не дают спокойно людям жить. Это тоже вызывает раздражение. Коммуналки расселять нужно, но не любой же ценой. В дальнейшем, видимо, нужно укрупнять этот бизнес, выкупать здания целиком, приспосабливать их под гостиницы, переводить в нежилой фонд и делать так, чтобы они никому не мешали.

У нас очень лояльные законы. Если мы бы жили в Германии, мы бы не обсуждали бы здесь вообще ничего. Реально складывается впечатления, что у предпринимателей есть желание украсть что-нибудь и сбежать. Не надо пытаться делать деньги там, где нельзя этого делать. Очевидно, что принятый закон, он не решит проблемы полностью, это первый шаг».

Ирина, Иванова, депутат Законодательного собрания Петербурга:

«3,5 тысячи жалоб? Хочется задать вопрос, а такое количество хостелов существует в городе? Или это все бордели? Наверное, это одни и те же жалобщики пишут жалобы. Их можно вычислить. На мой взгляд, сейчас нет модели, ни финансовой, ни экономической, чтобы либо спасти малый бизнес в жилых домах, либо потопить окончательно. Власть давала задание – выкупи квартиру, сделай хостел. Мы же все это помним. 30 лет власть экспериментирует с малым бизнесом. Но он же все равно найдет обход.

Такие ходы, как закон Хованской, нельзя делать просто так, и теперь нужно найти компромисс и выработать модель. А не просто уничтожать бизнес. Уже мы видим тенденцию, что нельзя иметь бизнес в жилых домах вообще. Тогда нужно менять Градостроительный кодекс, вносить в него изменения. Например, нельзя магазины по 800 м2, а можно только по 300. И мы посмотрим, что скажут строители. Вся экономика города крутится вокруг строительного рынка. Власть должна отвечать за свои поступки. Ведь звали, просили. Должны брать время ответственности и нагрузки. Вот, если мы говорим, что сидят хищники, давайте у них выкупать помещения назад, в госсобственность, и это будет справедливо. Недобросовестные собственники сейчас могут лишиться своих помещений? Могут. Давайте сделаем прецедентное право. Но мы хорошо знаем судебную систему.

Например, я покупаю квартиру и буду знать, что находится на первом этаже, какие виды деятельности будут там. Ну нельзя по щелчку проводить собрание и говорить, что завтра мы уничтожим вид деятельности такой-то. Я вижу в этом компромисс. Рюмочная не нравится, давайте ее запретим. Пусть на первом этаже вяжут носки. Пора создать паспорта домов и указать, что где есть. Паспорт дома утверждать на общем собрании. Мы утвердили такой паспорт и работаем в соответствии с ним. Паспорт дома – это и будет общественный договор, который мы подписали.

Предлагаю также запретить торговлю ночью. Я по ночам ни разу не была ни в одном магазине. Запретить и крупному бизнесу, и малому. Пусть все работают в одном режиме.

Только что губернатор рассказал нам, что 1,2 млн жителей работают в малом бизнесе Петербурга. 30% налоговых поступлений дают в бюджет города, это надо учитывать. На Западе правила игры установлены 50-60 лет назад. Они там не бегают и не выбивают электричества. Им говорят – тебе туда, и ты то делаешь то, что тебе говорят. А у нас – делай, что хочешь, но завтра мы у тебя это отнимем. У них 60% налогов в бюджет дает малый бизнес. У нас — администрация вообще не зависит от налогов и от предприятий на их территории».

Глеб Лукьянов, председатель комиссии по строительству регионального отделения ОПОРы России:

«Инвесторы, которые расселяют коммуналки, вкладывая десятки, сотни миллионов, они в городе инвесторами не считаются. Это странно. Они производят капитальный ремонт, увеличивают электрические мощности. Но теперь к ним в городе отношение, как к пиратам. Идея туристического жилья на законодательном уровне появится через год. Давайте сегодня применять закон избирательно – есть ночлежки, притоны, их надо закрыть, а есть мини-отели, которые входят в сотни, десятки лучших в мире. Горбачев тоже хотел спасти страну от алкоголизма, но зачем-то нужно было вырубать все виноградники. И я -собственник жилья в Центральном районе и владелец коммерческих помещений. Я чувствую, что власть поддерживает потребительский экстремизм.

Идея с хостелами была хорошая. Но воплощение идеи – в отдельных случаях, далеко от идеала. У них помещения от 100-300 м2, гигантские исторические квартиры. Объединения 2-3 квартир. Это старые квартиры, которые и строились с целью сдачи их в аренду целиком и частями, углами. И мы вернулись к тому, что было до революции. Подвалы в городе расселили, но первые этажи не расселили до сих пор. Большое количество коммуналок было расселено после перестройки. И родившаяся новая индустрия малых отелей взяла на себя эту большую социальную нагрузку, превращая убитые коммунальные пространства в средства проживания, надо об этом помнить».

Алексей Чернушевич, управляющий партнер по корпоративным финансам сети Stations Hotels:

«Мы расселяем под отели здания целиком. Создаем полноценные отели с большими затратами на инфраструктуру. Наши стандарты близки к западным стандартам. Стараемся проводить реконструкцию на свои средства, практически ничего не беря в долг. Берем здания в аренду на 10-20 лет и зависим от собственников. Собственники этих зданий – частники, они готовы заключать долгосрочный договор под гостиницы. В банк мы не можем обращаться за кредитом, нет твердого залога.

Частные инвесторы дают нам деньги напрямую. На текущий момент мы рассматриваем только нежилые помещения, но есть и жилые здания, процесс не завершен, и это проблема. Мы инвестируем в улучшение объекта, но в силу того, что не собственники, не можем решить проблемы, мешающие техническому переводу, как, например, выкуп последних квартир в доме. Это не позволяет перевести жилое помещение в нежилое. По большому счету, это обязанность арендодателя. Сейчас уже всем известно такое явление, как потребительский терроризм, он касается владельцев последних квартир, которые называют цену своих квартир существенно выше рыночной стоимости м2. Контролирующим органам надо тоже принимать это во внимание.

Городу также надо понять, что инвесторы несут Петербургу не только крупные капиталы, но и капиталы средние. Для администрации гостиницы это, прежде всего, налоги, инфраструктура. Не забывайте, что было в 90- ые. Был дикий недостаток гостиничных номеров. Нас в 90-ые просили, сделайте хоть как-то. Давайте теперь сделаем так, чтобы все жили мирно, и еще и бизнес зарабатывал. Для компромисса нужно что? Нужно бояться потерять этот компромисс. Поэтому администрации нужно быть заинтересованной не терять предпринимателей, создающих инфраструктуру на своей территории».

Артем Гудченко, вице-президент Ассоциации арендаторов и собственников стрит-ритейла:

«Все сейчас взялись за верхушку айсберга, не оценив масштаб проблемы и активно обсуждают вопрос соседского бизнеса и жителей многоквартирных домов. Это происходит потому, что власть старается предоставить своим избирателям высокий уровень сервиса. Появляются различные варианты интернет-порталов для подачи жалоб, встречи власти с горожанами, и происходит мгновенная реакция – есть жалоба и есть ответ. Но почему-то забывают о правах других граждан – предпринимателей, которые являются такими же избирателями, физическими лицами, у них есть право частной собственности в многоквартирных домах.

Сейчас ситуация стала похожей на ситуацию с правами чернокожего населения в момент отмены расовой сегрегации в Америке. Все понимают, что права есть, но все понимают, что это несколько разные права.

Мини-отели, хостелы, объекты торговли, общественного питания – их правильно называть торгово-сервисными предприятиями. Это огромная отрасль. Каждый пятый гражданин нашей страны работает в торгово-сервисных предприятиях. Каждый 10-й рубль в бюджете принесен ими. И сейчас мы вводим запреты любого рода на деятельность этих предприятий. Есть огромное количество жалоб на хостелы. А мало ли жалоб одних жильцов на других? Почему статистика по ним не сравнивается? Сколько всего фактов нарушения общественного порядка, незаконных перепланировок? Фактов курения на балконах? Это такие же соседи.

Но у нас не так. Вводим запреты, при этом расширяем права жильцов. Даем им право своим собранием определять, будет ли на первом этаже бизнес или нет. Одному нравится магазин носков, кому-то нравится кафе, кому-то – детский сад. Они никогда не договорятся. И сейчас уже рассматривается вопрос ограничения торговли алкоголем в жилых домах. И на уровень жильцов выносится право определять, нужна ли им торговля алкоголем. Но это же бред! Это ящик Пандоры, который мы открываем и который закрыть не сможем: к такому количеству прав быстро привыкают. И теперь мы, жильцы, будем определять, что будет у нас на первом этаже. Давая такие права, важно понимать их долгосрочные последствия, в том числе для всей экономики. Что будет с налогами, рабочими местами, оборотом розничной торговли?

Есть нацпроект «Комфортная жилая среда». А комфорт от чего зависит? Не будет магазинов шаговой доступности, кафе, ресторанов, аптек, банков, детских садов. Будет это жилая среда в таком случае комфортной? Давайте все запретим. И что будет? Из 15 млн нежилых квадратных метров на первых этажах в Петербурге, 20% – это муниципальные предприятия. Это ЖКС, детские сады. У них те же проблемы: тоже надо теперь получать согласие жильцов дома. Подают жалобы, а на самом деле, их не подают.

Это просто рычаг недобросовестной конкуренции. Наша цель – внести изменения, отменяющие всякие голосования собственников ЖК. Уже сейчас есть достаточно рычагов в законодательстве, чтобы это регулировать. Есть 27 законов, регламентирующих работу объектов потребительского рынка. У нас 19 надзорных органов. И проблемы конфликтов жителей и бизнеса – это проблема должного контроля. Если это шум, то нет шумоизоляции или соблюдения закона о тишине, если запахи – то проблема вытяжки. Все эти нормы уже существуют. Просто нужно усилить контроль за их выполнением.

Как при этом обеспечить 100%-ное голосование, прописанное законом, для той же перепланировки? Это невозможно. И две трети голосов собрать – невозможно. 99% протоколов в городе подделываются. Зачем мы это делаем? У жильцов нет профессиональных компетенций. На этих собраниях обсуждается один вопрос – что вы сделаете для нас. Идет открытое вымогательство денег. Это нормально? Когда мы передаем собственникам необходимость договориться с жильцами, это все равно что договариваться безоружному человеку и человеку с пистолетом. Они никогда не договорятся потому, что они неравны. Давайте скажем, что в жилых домах могут жить только семейные люди, которые ложатся спать в 10 вечера, а молодые люди, которые тусуются, пусть живут в резервациях. Нужно усилить контроль существующих законов и предложить бизнесу альтернативу.

Максим Мейксин:

«Мы не умеем уважать друг друга и закон. Очень нежные у нас законы. Весь бизнес у нас вдруг стал социально-ориентированным. И водку продает тоже социально -ориентированный бизнес. Но при этом ответственности нет никакой. Чтобы, например, войти в нежилое помещение, нужно согласие суда. Сейчас график работы магазина никто не ни с кем не согласовывает, а ведь не всегда это было так, даже за последние 20 лет. Людям нужно уметь договариваться и уважать друг друга. На последствия работы бизнеса в жилых домах я насмотрелся с ужасом.

Возьмите Тульскую улицу : ни одного разрешения на алкоголь, и они торгуют. Покажу десятки решений судов по отмене перепланировок. И их не исполняют. Протоколы собраний жильцов дома заказывают сделать конторам «рога и копыта» и они же несут «ответственность» за него. Я на стороне разума, а его в этой истории нет. 100% согласие жильцов дома трудно выполнимо, но другого способа достижения согласия сегодня нет. 40 млрд рублей надо, чтобы привести в нормальное положение жилой фонд Центрального района».

Алена Енова, руководитель Лиги малых отелей:

«Возник большой камень преткновения. Видится такая «картина маслом»: была коммуналка, мы просто взяли на себя это ярмо, свои деньги, плюс ипотечные, расписались кровью, что мы им деньги вернем. Люди, жильцы, из коммуналки уходили со слезами радости, что получили отдельное жилье. И теперь такие помещения неликвидны. Они не вызывают интереса у потенциальных покупателей больших квартир в центре.

Чтобы с комфортом жить семьей, это слишком большая квартира, поэтому лучше купить не коммуналку. Наши объекты им не нужны. Я общаюсь со многими отельерами, и вот новый тренд: бывшие мини-отели востребованы борделями. Конечно, они больше денег дадут собственникам помещений. Он думает: я купил, мне нужно кредит отдавать. Вы уверены, что нынешний шум им больше понравится?

Тяжело стало привлекать инвестиции в наш сектор. И если говорить о нашем состоянии, то можно сказать, что турбулентность 100%. Сейчас остановилось очень много дел, инвесторы не хотят вкладывать средства в жилой фонд».

Гульнара Борисова, президент Санкт-Петербургской ассоциации собственников жилья и их объединений»:

«Закон о запрете хостелов в жилых домах обсуждался 4 года и за это время можно было решить вопросы со своим хостелом – перенести его в нежилое помещение, или перевести, если это возможно. Потом нужно посмотреть статистику, сколько человек прошло через один хостел, через одну парадную. Это катастрофа. Это маленький город прошел через одну парадную. К слову «хищничество», которое здесь прозвучало, я бы добавила еще «паразитизм» и «варварство».

Для того, чтобы организовать хостел, жилье приспосабливается варварскими методами, я это видела несколько раз. Закон Хованской вы обвиняете совершенно незаслуженно. У депутата Галины Хованской не было никаких личных интересов, она рассказывала, что когда жалобы приходили единичные, констатировалась какая-то проблема. А когда обращения пошли тысячами, стало понятно, что это национальная проблема. То есть, бизнес перешёл красную черту.

Также, как и сейчас, он перешел красную черту в остальных видах своей деятельности в жилом фонде. Изначально для объектов размещения предполагалось запретить все, но все-таки закон смягчили, убрав «иные средства размещения».

Следует помнить, что жилые помещения прежде всего предназначены для проживания граждан.

Предпринимательская же деятельность – эта деятельность на свой страх и риск, об этом предприниматели могут подумать, размещая бизнес в жилом доме. Что касается общепита, бизнес тоже перешел в этом случае красную черту. Общепит в жилых домах существовал и в советское время.

Но ни у кого под окнами не бесновались пьяные. Магазины закрывались в 8 часов вечера. В моем доме работал продовольственный магазин площадью 800 м2. Это громыхание металлических телег, слышное до 5 этажа и по 5-8 фур, разгружающих продукты под окнами круглосуточно. Как будто мы живем на продовольственном складе. Никакие просьбы, письма не влияли. Пять лет мы боролись. Да, есть надзорные органы, но они ничего не решили. Теперь на этом месте два магазина, один торгует рыболовными снастями, другой – товарами для инвалидов. Один закрывается в 6 вечера, другой в 8 часов вечера. По моему глубокому убеждению, магазины площадью более 200-350 м2 в жилых домах существовать не должны».

Василий Правдин, предприниматель, активист Центрального района:

«Согласен с бизнесом. Я тоже собственник квартиры на ул. Некрасова, наши исторические здания – визитная карточка Петербурга, я купил квартиру в 200 м, у меня четверо детей. Мечтал, что заживу в центре города без проблем. Оказалось, что 70% жителей центра –жители коммунальных квартир. Больше половины из них там не живет. Всем заправляют недобросовестные управляющие компании. Администрации районов и города надо начать заниматься приведением домов в нормальное состояние.

Василий Правдин. Фото: Baltphoto/Михаил Киреев

Чтобы дома выглядели привлекательнее, в том числе, для инвесторов. И нужно начать ревизию управляющих компаний города. И сразу будет меньше долгов монополистам. Управляющие компании сейчас все решают. И бизнесу жизни не будет, если нет нормальных, адекватных управляющих компаний.

Марина Морская, предприниматель, эксперт Общероссийской Общественной организации «Деловая Россия»:

«Бизнесу надо более ответственно относиться к своей работе в жилых домах. Согласна с коллегами. Нужен регламент их деятельности, что можно делать и что нельзя. Коммерческие помещения по возможности переводить из жилого фонда в нежилой. Я сама собственник жилья в Центральном районе. И на первом этаже дома — кафе. Но если владельцы отелей, кафе, магазинов помогут городу и сделают парадные чистыми и красивыми, кто же будет возражать против их присутствия? Всем будет хорошо. Нужен открытый диалог бизнеса и власти в городе. И не спешить с приятием знаковых законов».