Фигуранты дела о теракте в метро Петербурга выступили в 1-м Западном окружном военном суде с последним словом. Нередко именно на этой стадии обвиняемые, отрицающие причастность к преступлению, каются, понимая, что это последний шанс получить срок поменьше, что суд учтет пусть даже запоздалое признание.

Однако в этом судебном процессе ни один из 11 подсудимых так и не подписался под обвинением даже перед угрозой пожизненного срока, который, напомним, прокурор Надежда Тихонова запросила для четверых из них. Для остальных — от 20 до 28 лет лишения свободы.

Каждый обвиняемый уже традиционно для этого судебного процесса начал свою речь со слов соболезнований потерпевшим, уверяя, что не он является виновным в их беде. Но на этот раз, вновь указав на имеющиеся, по их мнению, нарушения, нестыковки и отсутствие улик, некоторые фигуранты решились сказать о том, о чем раньше предпочитали молчать.

«У меня совесть чиста, потому что я имею никакого отношения к этому преступлению. За 2,5 года против меня не нашли никаких доказательств — ни прямых, ни косвенных. В 2017 году мне следователь говорил: «Придет экспертиза, и если не будет твоих следов, тебя отпустят». Экспертизу сделали, ничего не наши. Тогда следователь мне говорит: «Я понимаю, что ты не виноват, но что я могу сделать? У меня тоже есть начальство». Пояснял, мол, понимаешь, если тебя сейчас отпустят, стольких людей уволят, может быть даже посадят, тебе компенсацию придется платить. Да ничего мне не нужно! Я просто хочу вернуться к своей семье!»
— восклицал Мухамадюсуф Мирзаалимов, поселившийся в квартире на Товарищеском проспекте лишь 1 апреля 2017 года.

Теракт в метро Петербурга 3 апреля 2017 года. Фото: vk.com/spb_today

Парень, обращаясь к сидевшей со скучающим видом тройке судей, призвал людей в мантиях вспомнить о деле серийного убийцы Андрея Чикатило.

«Скольких людей тогда задержали! Нескольких даже убили. А потом нашли настоящего убийцу. Но было уже поздно: тех, кого несправедливо расстреляли, было уже не вернуть. Вы сами все видели в судебном заседании: все нестыковки, противоречия, отсутствие прямых доказательств. Прошу учесть это все и вынести справедливое решение. Со мной в СИЗО сидят разные люди: кто-то что-то украл, кто-то кого-то убил, но они знают, за что сидят. Я же не понимаю, за что сижу, и это очень страшно»,
— пояснял подсудимый.

Его так называемые «подельники-террористы» уверяли: они с утра до ночи работали, чтобы содержать семьи, и ни о каких преступлениях не помышляли. Некоторым, чтобы донести свои мысли и эмоции до суда, то и дело приходилось просить помощи переводчика.

Ибрагимжон Эрматов вновь напомнил, что именно он был знаком с Джалиловым, поскольку работал вместе с ним в кафе, и несколько раз созванивался в 2015 году. Его брат Мухамадюсуп в тот период, по его словам, был в Киргизии, в Россию приехал лишь в 2016 году, но несмотря на это именно ему, как пояснял подсудимый в последнем слове, вменили связь с Джалиловым, хотя Мухамадюсуп просто пользовался старым телефоном брата.

«Все же здесь адекватные люди, все видят, что мы не виноваты. Мы — обычные работяги, а не террористы. Мне все верили, что следствие будет справедливым, но они просто сфабриковали дело»,
— настаивал Ибрагимжон Эрматов, для которого гособвинение попросило пожизненный срок.

Его брат сообщил, что неоднократно подавал ходатайства о проверке его на полиграфе, но следователь каждый раз отказывал.

«В Лефортово следователи не стесняясь говорили: кого мы должны выбрать — тебя или свою семью? Вот они и выбрали свои зарплаты. Для них мы никто. Я увидела много несправедливости и лжи. Когда человек лжет, он убирает глаза в сторону, но эти лгали, смотря прямо в глаза. Если человек нечистым трудом зарабатывает и кормит своих детей, это на благо ему не пойдет. Я не хочу призывать к совести и жалости. Вы сами все слышали, что там все липовое. Низкий поклон всем, кто нас поддерживал»,
— говорила Шохиста Каримова.

Ее поддержали и остальные выступавшие, прося суд о вынесении «справедливого решения».

«Если бы следствие велось по закону, без давления и фальсификаций, мы бы здесь не сидели»,
— произнес в последнем слове Аброр Азимов, которого следствие позиционирует главным фигурантом дела.

Сразу после того, как подсудимые закончили выступать, председательствующий Андрей Морозов объявил, что суд удаляется в совещательную комнату для постановления приговора. Его оглашение назначено на 10 декабря.